Байдибек Карашаулы (приблизительно XI – XII века)

Бай­ди­бек Ка­раша­улы (да­ты рож­де­ния и смер­ти не­из­вест­ны) жил в XI-XII ве­ках в ок­рест­нос­тях Вос­точно­го Ка­ратау, умер в ны­неш­нем Ал­га­басс­ком районе, воз­ле ко­неза­вода «Ак­тас», по­хоро­нен на бе­регу ре­ки Ба­лабо­ген. Сох­ра­нилась ус­та­нов­ленная еще в древ­ности гроб­ни­ца с ку­полом.

В ос­но­ву ис­то­ричес­ких све­дений о жиз­ни Бай­ди­бека, о его вре­мени и ок­ру­жении по­ложе­ны ро­дос­ловные ка­захс­ко­го на­рода, ле­ген­ды и расс­ка­зы, сох­ра­нив­ши­еся в на­роде, а так­же пись­мен­ные ис­точни­ки из­вест­ных исс­ле­дова­телей Вос­то­ка, уче­ных-эт­ногра­фов Н. Арис­то­ва, Ш. Ва­лиха­нова.

Из этих све­дений сле­ду­ет, что Бай­ди­бек яв­ля­ет­ся пред­ком пле­мен Ал­бан, Су­ан, Ду­лат, Са­ры­уй­сун, Ша­пыраш­ты, Ыс­ты, Ошак­ты, об­ра­зу­ющих древ­нее ро­довое объеди­нение Уй­сун. В свое вре­мя он объеди­нил ко­чевые пле­мена, под­нял на за­щиту зем­ли и на­рода от вра­жес­ких на­шест­вий. Он яв­ля­ет­ся круп­ной ис­то­ричес­кой лич­ностью, муд­рым пол­ко­вод­цем.

Из ро­дос­ловных дан­ных сле­ду­ет, что ка­захс­кий на­род об­ра­зу­ет­ся из 3-х ве­ликих объеди­нений: Бай­шо­ра, Жан­шо­ра, Ка­рашо­ра (по дру­гим дан­ным Ака­рыс, Бе­карыс, Жа­нарыс).

Бай­ди­бек – стар­ший сын Ка­рашы, ко­торый счи­та­ет­ся сы­ном Ак­са­кала, пос­ледний – сы­ном Уй­су­на, ко­торый, в свою оче­редь, яв­ля­ет­ся сы­ном Бак­ти­яра, а тот про­ис­хо­дит от Май­кы (у не­го бы­ло мно­го по­том­ков), а тот – от Бай­шо­ры.

От стар­шей же­ны Бай­ди­бека, Са­ры, ро­дил­ся Са­ры­уй­сун, от вто­рой же­ны Зе­рип – Жал­манбет, его сы­новьями бы­ли Ша­пыраш­ты, Ошак­ты, Ыс­ты.

Са­мая круп­ная ветвь ди­нас­тии Бай­ди­бека – по­томс­тво млад­шей же­ны Ну­рилы, из­вест­ной в этих кра­ях под име­нем «До­малак ене» (по дру­гим ис­точни­кам она из­вест­на и как Би­бима­рия или Би­би­ажар). От единс­твен­но­го ее сы­на Жа­рык­ша­ка про­ис­хо­дят де­ти Ал­бан, Су­ан, Ду­лат.

В на­уч­ных тру­дах и пу­тевых за­мет­ках из­вест­но­го уче­ного, круп­но­го эт­ногра­фа Н. А. Арис­то­ва, со­вер­шивше­го пу­тешест­вие в эти края во 2-ой по­лови­не XIX ве­ка, в про­из­ве­дени­ях та­лант­ли­вого сы­на ка­захс­ко­го на­рода Шо­кана Ва­лиха­нова на­ходим мыс­ли о боль­шой ро­ли, ко­торую сыг­ра­ли Ал­бан, Су­ан, Ду­лат сре­ди ка­захс­ких пле­мен, ко­чевав­ших в Же­тысус­ких кра­ях.

В древ­ние вре­мена вра­ги уве­ли мно­го ты­сяч ло­шадей у пле­мен, ко­чевав­ших вдоль Ка­ратау. В по­гоне, ко­торую ор­га­низо­вал и возг­ла­вил Бай­ди­бек, с ним бы­ли шес­те­ро сы­новей от стар­шей же­ны Са­ры. По до­роге, ког­да он вмес­те с во­ина­ми дос­тиг жай­лау в го­рах, в мес­течке Ак­то­бе к не­му об­ра­тилась млад­шая же­на, Ну­рила (До­малак ене), ко­торая жи­ла там у род­ни­ка с сы­ном Жа­рык­ша­ком: "Байеке, ес­ли хо­чешь вер­нуть скот, не тру­дись нап­расно. Сав­ра­сый же­ребец ос­тался у ме­ня. И че­рез шесть дней весь та­бун вер­нется об­ратно, ло­шади не да­дут се­бя уг­нать, – и ука­зала на строп­ти­вого же­реб­ца, не знав­ше­го уз­ды. – Ка­ким об­ра­зом этот же­ребец ос­тался с то­бой? – спро­сил бай. – Вра­жес­кие ба­тыры поп­ро­сили у ме­ня ис­пить во­дицы. Я им да­ла во­ды из род­ни­ка. Тог­да они спро­сили у ме­ня, че­го я же­лаю у них вза­мен. Я ска­зала: «Дай­те, я са­ма вы­беру од­ну ло­шадь». «Пусть бу­дет по-тво­ему», – ска­зал ба­тыр. Ну­рила, сняв по­ясок, по­дош­ла к та­буну и ска­зала: «Мох, мох, по­дой­ди ко мне жи­вот­ное». И толь­ко она это про­из­несла, как же­ребец по­дошел к ней и нак­ло­нил го­лову для при­вязи. – Пос­лу­шай­те ме­ня, ес­ли хо­тите, что­бы и лю­ди, и скот бы­ли в сох­раннос­ти, вы­пол­ни­те мою прось­бу, – умо­ляла и нас­та­ива­ла Ну­рила. И тог­да Бай­ди­бек, ко­торо­го обу­яла месть, в гне­ве ска­зал: «Во­ины – не ба­бы, они не свер­нут с пу­ти…».

От­ряд Бай­ди­бека нас­тиг вра­жес­ких на­лет­чи­ков у пе­рева­ла Ку­юк, где про­изош­ла ожес­то­чен­ная схват­ка, в ко­торой по­гиб­ли все шес­те­ро сы­новей Бай­ди­бека. В боль­шом го­ре и тра­уре он по­хоро­нил сы­новей в мес­течке Мо­лалы, на рав­ни­не Уш­ка­расай. Там и ны­не сто­ит вы­сокий кур­ган, из­вест­ный в на­роде как «Ал­ты са­ры».

Про­рочест­во До­малак ене по­мог­ло на­роду пе­режить го­ре. Че­рез шесть дней сав­ра­сый же­ребец, сто­яв­ший на при­вязи, не­ис­то­во зар­жал. В тот же день с вос­то­ка по­яви­лось об­ла­ко пы­ли, соп­ро­вож­да­емое силь­ным гу­лом и то­потом. Это был та­бун ло­шадей Бай­ди­бека, вер­нувший­ся от вра­жес­ких на­лет­чи­ков. Вот так на­ход­чи­вость До­малак ене по­мог­ла сде­лать то, че­го не смог­ли сде­лать во­ины, – так по­вест­ву­ет на­род­ное ска­зание.

Как встре­тились, как со­еди­нили свои судь­бы дочь тур­кестан­ца Шай­хы Ми­зам­бе­ка Ну­рила и наш ве­ликий пре­док Бай­ди­бек? По­чему ее проз­ва­ли До­малак ене? На этот счет в на­роде мно­го ле­генд, расс­ка­зов. Мно­гие из них со­от­ветс­тву­ют жиз­ненным фак­там, близ­ки к ис­ти­не.

Бай­ди­бек был ува­жа­емым гла­вой не толь­ко сво­его аула и его ок­рест­нос­тей, но и це­лого улу­са об­ширно­го края. По­это­му впол­не ве­ро­ят­но, что он отп­ра­вил­ся пок­ло­нить­ся ду­ху ве­лико­го Яс­са­уи в Тур­кестан, расс­то­яние до ко­торо­го бы­ло все­го день ез­ды. Путь в Мек­ку тог­да так­же про­ходил че­рез Тур­кестан. Бай­ди­бек ос­та­новил­ся в до­ме смот­ри­теля-фа­кель­щи­ка на мо­гиле Яс­са­уи – у Шай­хы Ми­зам­бе­ка. Ми­ловид­ная дочь гос­тепри­им­но­го хо­зя­ина до­ма, прис­лу­живав­шая за сто­лом, приг­ля­нулась ему не толь­ко из-за глаз, си­яющих как смо­роди­ны. Его по­кори­ли уч­ти­вые ма­неры, ум­ные от­ве­ты де­вуш­ки.

Эта встре­ча Бай­ди­бека и Ну­рилы за­кон­чи­лась тем, что зна­мени­тый бий Ка­раша пос­та­вил еще од­ну юр­ту, же­нив в тре­тий раз сво­его сы­на. При этом от­цу Ну­рилы, Ми­зам­бе­ку, в дар бы­ли отп­рав­ле­ны ко­сяки ло­шадей, ота­ры овец и пр.

Ну­рила бы­ла хруп­ко­го те­лос­ло­жения, не­высо­кого рос­та, но энер­гичной, лег­кой в дви­жени­ях. Доб­рая, на­ход­чи­вая, веж­ли­вая, она об­ла­дала еще и да­ром про­рочест­ва – ее предс­ка­зания час­то сбы­вались. За­метив та­кие ее ка­чест­ва, мо­лодые сно­хи стар­ших жен Бай­ди­бека еще при жиз­ни проз­ва­ли Ну­рилу «До­малак ене» (бук­валь­но круг­лая свек­ровь).

За доб­ро­ту и муд­рость, при­сущие До­малак ене, осо­бое ува­жение к ней про­яв­ля­ла од­на из снох вто­рой же­ны Зе­рип – Сы­лан­ды, ко­торая и по воз­расту бы­ла к ней бли­же. Они вмес­те про­води­ли вре­мя, сек­ретни­чали. Го­ворят, Сы­лан­ды по­мога­ла Ну­риле спра­вить­ся с пе­режи­вани­ями из-за при­дирок и обид, сно­симых ею от кру­того нра­ва бай­би­ше Са­ры.

Да­лее, мол­ва гла­сит, Ну­рила, ког­да ее единс­твен­ный сын Жа­рык­шак под­рос, в от­вет на доб­рое к се­бе от­но­шение, бла­гос­ло­вила Сы­лан­ды сле­ду­ющи­ми сло­вами: «Ес­ли смо­жешь, дос­тигни боль­ше­го, чем я, в лю­бом слу­чае будь мо­ей пос­ле­дова­тель­ни­цей». Впос­ледс­твии эти по­жела­ния ее пол­ностью сбы­лись. От Сы­лан­ды про­изош­ли Ша­пыраш­ты, Ыс­ты, Ошак­ты. Пе­ред смертью До­малак ене ска­зала близ­ким: «Не тру­дитесь хо­ронить ме­ня воз­ле ба­тыра (Бай­ди­бека). При­веди­те бе­лого верб­лю­да, пог­ру­зите на не­го мои ос­танки и иди­те вслед за ним. Где верб­люд опус­тится на ко­лени, там и суж­де­но мне бу­дет по­ко­ить­ся». Так и сде­лали. За­вер­ну­ли те­ло в бе­лую кош­му, и верб­люд ос­та­новил­ся на бе­зымян­ной рав­ни­не в устье ре­ки Кос Бо­ген, там и по­хоро­нили со­роди­чи свою дос­той­ную мать. Не­боль­шой ку­пол, ко­торый вид­но из­да­ли сре­ди прос­то­ра, ок­ру­жен­но­го го­лубо­вато-си­зыми го­рами, и есть мо­гила по­чита­емой все­ми До­малак ене, Ну­рилы.

Сколь­ко во­ды утек­ло с тех пор, сколь­ко прош­ло ве­ков, а тро­пин­ка к мо­гиле жен­щи­ны, по­чита­емой в на­роде как свя­той, не за­рас­та­ет. В этом про­яв­ля­ет­ся веч­ное поч­те­ние, ока­зыва­емое Бай­ди­беку, его ду­ху, муд­рым жен­щи­нам то­го вре­мени, та­ким как Ну­рила, Сы­лан­ды и др. Не­ис­ся­ка­ема на­род­ная лю­бовь к по­том­кам, про­дол­жа­ющим их де­ло.

Доб­рая па­мять о Бай­ди­беке, соз­вучность его мыс­лей иде­ям ны­неш­них по­том­ков яв­ля­ют­ся сви­детель­ством его вы­сокой граж­данс­твен­ности. Де­ла и имя ве­лико­го пред­ка ос­та­нут­ся в па­мяти на­рода веч­но.